RSS

Городской портал госуслуг

Генерал-майор Максимчук Владимир Михайлович

максимчук3.jpgГоворя о ликвидаторах аварии на Чернобыльской АЭС, нельзя не упомянуть хорошо известного деятеля отечественной пожарной охраны — генерал-майора внутренней службы Владимира Максимчука.

Владимир Михайлович Максимчук родился 8 июня 1947 года на Украине, в селе Добриводы Збаражского района Тернопольской области в трудовой семье. Детство и юность прошли на Житомирщине, в селе Демковцы Любарского района. Отец умер, когда Володе было шестнадцать лет, остались мама и пятеро братьев и сестер, все младше его.

Окончив среднюю школу, осенью 1965 года поступил в Львовское пожарно-техническое училище МВД СССР, окончив которое с отличием, прибыл в Москву. Путь огнеборца – с 1968 по 1994 годы – начинался и закончился в столице. Прошел все ступени службы от лейтенанта до генерала. Тушил пожары любого рода и любой степени сложности в Москве и десятках регионов страны, проявляя умелость и высокую квалификацию руководителя. Строчки из газеты 1970-х годов: «Его знали в лицо и командиры, и простые рядовые пожарной охраны – сколько раз они шли в огонь вслед за ним! Его принцип – нельзя заставить человека идти в огонь, можно повести его за собой – спас жизни тысяч людей».

Весной 1986 г. Максимчук, тогда — подполковник внутренней службы, служил в должности начальника оперативно-тактического отдела Главного управления пожарной охраны МВД СССР. Он был включен в состав Правительственной комиссии по ликвидации последствий катастрофы и в начале мая 1986 г. командирован в Чернобыль для руководства ликвидацией последствий катастрофы. В ночь с 22 на 23 мая 1986 года, начался страшный пожар в помещениях главных циркуляционных насосов третьего и четвертого блока. В результате пожара могла произойти страшная катастрофа, по сравнению с которой события 26 апреля показались бы цветочками! И именно на долю подполковника Владимира Максимчука выпало непосредственное руководство тушением этого страшного пожара. Тушение пожара продолжалось 12 часов. Когда оно подходило к концу, получивший радиационную рану на ноге подполковник Максимчук уже едва мог стоять. С лучевыми ожогами голени и дыхательных путей его на носилках отнесли в машину и увезли в Киевский госпиталь МВД. К счастью, Владимиру Михайловичу удалось выжить. Он даже продолжил службу, в 1990 г. получил звание генерал-майора внутренней службы, работал первым заместителем начальника Главного управления пожарной охраны СССР. Последним местом его службы стала должность начальника Управления пожарной охраны г. Москвы, на которой он также сделал очень много для тушения пожаров в российской столице. Но болезнь давала о себе знать. Отечественные врачи отказались от безнадежно больного. В апреле 1994 года Красный Крест Швеции предложил Владимиру Михайловичу, последнюю попытку выжить. Он принял предложение, учитывая свое состояние, срочно вылетел в Стокгольм. Но все было поздно. Умер в Москве 22 мая 1994 года, пережив свой подвиг в Чернобыле ровно на восемь лет. Похоронен в Москве, на Митинском кладбище, рядом с Мемориальным комплексом памяти пожарных, погибших в результате ликвидации аварии и пожара на Чернобыльской АЭС 26 апреля 1986 года. У него остались жена Людмила и дочь Маша.

Указом Президента РФ № 1493 от 18 декабря 2003 года Владимиру Максимчуку присвоено звание Героя Российской Федерации посмертно.

Из рассказа В.М. Максимчука:

– Я много лет отдал противопожарной охране, тушил пылающие нефтебазы и химические заводы, многоэтажные дома и корабли; были такие тяжелые минуты во время пожара, что казалось – все, это последние мгновения в моей жизни. Но... мне никогда не было так страшно, как в бронетранспортере, когда мы ехали из Чернобыля на АЭС. И страшной была не возможность большого пожара, к этому мы себя готовили ежечасно, ежеминутно, сами понимаете, но я не думал, что обычное молчание может быть таким ужасно тяжелым.

Я видел лица товарищей: желтые – а, может, мне так показалось? – глаза острые и... какие-то чужие. Я старался прочесть их мысли. Воображение рисовало разветвленные кабельные туннели и коробы на 3-м и 4-м энергоблоках, по которым огонь мог перекинуться куда угодно. А если в машинный зал, где разлито масло? Турбины же стоят «под водородом». Что бы случилось?

Об этом думал я, и, конечно же, об этом думали мои товарищи в бронетранспортере, которых я вез на станцию. Имел ли я на это право? Ведь у каждого из них была семья, дети, а поездка может оказаться последней для любого из них. Но если бы вначале я поехал сам, все разведал, а потом... Потом уже могло быть поздно. Дорога каждая минута. Мгновение решало судьбу миллионов людей.